Мастер фарфорового букета и его потомки

В отделе Государственного Эрмитажа «Музей Императорского фарфорового завода» есть уникальный экспонат – белый букет из бисквита на круглом голубом пласте. Способ изготовления букета из цветов с тонкими стеблями и тычинками, с полупрозрачными лепестками и на сегодня остается секретом.

Фарфоровый букет

Фарфоровый букет хранится под стеклянным колпаком.
(Источник фото: www​.her​mitage​mu​seum​.org)

С 1930-​х гг. до недавнего времени автором этого шедевра считался Пётр Ульянович (Иулианович) Иванов – мастер Императорского фарфорового завода, составитель фарфоровой массы [1]. Вопрос о том, кто на самом деле является автором фарфорового букета, исследовала старший научный сотрудник отдела «Музей Императорского фарфорового завода» Государственного Эрмитажа Наталья Сергеевна Петрова. Анализируя различные авторитетные источники, имеющие отношение к знаменитому фарфоровому букету и его автору, она сделала однозначный вывод о том, что автором фарфорового букета является скульптор Петр Иудович Иванов [2].

Мне удалось «раскопать» в архивных документах любопытную историю, связанную с Петром Иудовичем Ивановым.

В 1807 г. санкт-​петербургский купец Иуда Иванов завещал «отпущенной вечно на волю девке» Елене Алексеевой, как «жившей у него в услужении» и её сыну (имя сына не названо) всё своё имущество. По этому поводу состоялся допрос священника Фарфоровской церкви Никифора Иларионова и священник показал, что «то завещание завещателем купцом Ивановым учинено и за неумением грамоте и неимением глазами зрения неподписано, а словестно удостоверено при исповеди» [3]. Скончался Иуда Иванов 18.04.1807 г. в возрасте 65 л. «от старости» [4].

Однако у Елены было трое детей: Иван, Пётр и Мария. Иван и Пётр родились до смерти Иуды Иванова, а Мария – после. Все они числились незаконнорожденными, так как их мать оставалась «вольноотпущенной от господина Случановского девицей» [5, 6]. Оба сына Елены, и Иван, и Пётр имели отчество Иудовы (Юдовы) [7, 8] и фамилию Ивановы. В числе имущества, перешедшего по духовному завещанию купца Иуды Иванова Елене Алексеевой, был кирпичный завод в Смоленской ямской слободе (полный список унаследованного ею имущества неизвестен). Земля, на которой размещался завод, принадлежала ямщикам Смоленской ямской слободы, и с ними Елена Алексеева заключила 2 апреля 1807 г. контракт на аренду земли. Этот завод Елена отдала по контракту в содержание купцу Ивану Семёнову Жерихову. Контракт с Жериховым был заключён 5 января 1808 г. Вскоре между владелицей завода и арендатором возникли разногласия. Елена обратилась в Земский суд. Она заявляла, что по условиям контракта ей полагалось получать 50% барышей в течение семи лет использования завода. Кроме того, согласно заявлению Елены, Жерихов должен был ей 6000 руб. Эти деньги, по словам Елены, Жерихов получил от самого Иуды Иванова. 2000 руб. предназначались на зарплату рабочим и 4000 руб. – на покупку дров для обжига кирпича. Елена назвала свидетелей, которые, якобы, присутствовали при передаче Иудой Ивановым Жерихову 6000 руб. Это были дьякон церкви Спаса Преображения Иван Алексеев и дьячок Семён Ефимов. Елена, по всей вероятности, была неграмотна. Жерихов предъявил суду контракт, в котором о 50-​ти процентах барышей, предназначенных Елене, упоминаний не было. Предъявил он и документы о переданных им Елене суммах (суммы в архивном документе не названы). Допрошенные ямщики Смоленской слободы подтвердили, что Жерихов распоряжался имуществом кирпичного завода в свою пользу. По поводу долга в 6000 руб. Земский суд обратился в Духовную консисторию с требованием взять под присягой показания у названных Еленой свидетелей. Дьячок Семён Ефимов к этому времени уже был переведён в другую церковь. Когда его допросили, он показал, что ничего не знает о передаче названных денег. Что показал дьякон Иван Алексеев – неизвестно [9].

Из найденных архивных документов понятно, что Елена Алексеева получила от Иуды Иванова наследство, позволявшее ей жить безбедно. Однако весьма сомнительно, что она смогла толково распорядиться этим достоянием. Судя по последней найденной записи о Елене Алексеевой, в 1839 г. в возрасте 59 лет она жила вместе со своими детьми. Главой семьи был её старший сын Иван Иудин (Иудович) Иванов 36-​ти лет, здесь же жил Пётр Иудин (Иудович) 33-​х лет с женой Пелагеей Ивановой 28-​ми лет и с детьми, а также дочь Елены, сестра Ивана и Петра – Мария – девица 23-​х лет [10].

Наиболее вероятный законный наследник купца Иуды Иванова, о котором он упомянул в своём завещании, это младший сын Елены Алексеевой – Пётр Иудин (Иудович) Иванов. Он появился на свет 04.06.1806 г. и записан как незаконнорожденный. Восприемниками при его крещении были: санкт-​петербургский купец Иван Семёнов Жерихов (упомянутый выше) и жена инвалидного солдата Стеклянного завода Спиридона Петрова Акилина [11]. В метрических книгах Фарфоровской церкви, также как и в метрических книгах других церквей Санкт-​Петербургской губернии до половины 1829 г. имя родной матери новорожденного обычно не записывали. Поскольку имя отца незаконнорожденного также в метрических книгах не фиксировалось, то по документам, если позже не было факта усыновления, человек числился незаконнорожденным, а отчество ему давалось по имени крестного отца. С очень большой степенью вероятности можно утверждать, что в записи 0407.06.1806 г. речь идёт о рождении и крещении Петра Иудина (Иудовича) Иванова, при этом следует учесть следующие доводы:

- в исповедной росписи 1827 г. указан его возраст 21 г. [12], в 1830 г. – 24 г. [13], в 1839 г. – 33 г. [14], то есть во всех перечисленных случаях дата его рождения определяется, как 1806 г.;
— он, скорее всего, был крещён в Фарфоровской церкви, иначе устное завещание в пользу Елены Алексеевой и её сына не могло быть признано законным по результатам допроса священника этой церкви, хорошо знавшего своих прихожан;
— в метрической книге Фарфоровской церкви 1806 г. нет записи о крещении ещё какого-​либо незаконнорожденного с именем Пётр;
— его крестным отцом (восприемником) записан Иван Семёнов Жерихов, который в более поздних документах также связан с именем Елены Алексеевой, а Иван Иванов Жерихов (сын Ивана Семёнова Жерихова?) записан поручителем при бракосочетании Петра Юдина (Иудина) Иванова.

Фарфоровый букет

Церковь Преображения Господня при Императорском фарфоровом заводе. Фотография из Центрального государственного архива кинофотофонодокументов Санкт-​Петербурга.

Как удалось Елене Алексеевой в дальнейшем записать не только Петра, но и ранее родившегося своего сына Ивана с отчеством Иудин (Юдин) и фамилией Иванов – остаётся тайной.

21 октября 1811 г. Пётр Иудин вместе со своим старшим братом Иваном Иудиным по именному высочайшему указу, данному правительствующему сенату был приписан к Императорскому фарфоровому заводу навсегда в мастеровые. Тогда же братья начали обучаться резному искусству. В 1819 г. они числились резчиками (скульпторами). Видимо, Пётр Иудин был более искусным резчиком, чем его брат, так как подмастерьем он стал в 1833 г., а его старший брат Иван Иудин – только в 1836 г. В декабре 1837 г Пётр был «определён» мастером Императорского фарфорового завода, Иван же получил эту должность в апреле 1838 г.

За свои труды Пётр Иудин Иванов в разные годы был награждён серебряной и золотой медалями с надписями «За усердие» на Анненских лентах для ношения на шее [15, 16]. Как пишет Н.С. Петрова, букеты из белых бисквитных цветов на голубых пластах П.И. Иванов начал делать во второй половине 1830-​х годов. Количество их неизвестно, так как утрачены многие архивные документы 18301840-​х годов. Для изготовления пластов с фарфоровыми цветами на заводе была выделена специальная комната. В 1852 г. в этом помещении была переделана печь: для просушки изделий в неё был вмонтирован специальный шкаф [17].

Фарфоровый букет, сделанный Петром Иудиным Ивановым, который собирались показать на первой Всемирной выставке 1851 г. в Лондоне, на выставку не попал. Основная часть экспонатов отправилась в Англию осенью 1850 г. Фарфоровый букет, вместе с другими изделиями, ещё не совсем были готовы к отправке. Из-​за хрупкости экспоната для него потребовалось изготовить особое устройство – рессорный стол, обеспечивающий безопасность его перевозки. Пётр Иудин должен был сопровождать на выставку свой букет и другие фарфоровые изделия и следить за бережным отношением к ним во время транспортировки и сборки в Лондоне.

В начале 1851 г. из Лондона пришло сообщение о том, что все экспонаты необходимо доставить на выставку до 10 апреля 1851 г. В случае опоздания экспоненты должны были заплатить большой штраф. Букет вместе с другими хрупкими экспонатами предполагалось отправить по воде с открытием навигации, что не позволяло уложиться в назначенный срок. По распоряжению самого императора букет и другие изделия остались в Петербурге. Проследить же за распаковкой, сборкой и установкой уже отправленных фарфоровых вещей попросили владельца бронзовой фабрики Шопена поручить своему представителю на Лондонской выставке. По семейной легенде Пётр Иудин сильно переживал неудачу с отправкой своей работы на всемирную выставку.

По возвращении с выставки при вскрытии ящиков с вещами многие из них оказались повреждёнными, а одна ваза и вовсе разбитой. Виновных не нашли [18]. Женился Пётр Иудин Иванов 06.02.1835 г. в возрасте 28 л. на дочери ямщика Смоленской ямской слободы Ивана Васильева Герасимова Пелагее. Поручителями при бракосочетании были: по женихе – писец Фарфорового завода Николай Иванов Егоров и брат Петра Иудина Иванова — Иван Иудин Иванов; по невесте – санкт-​петербургский мещанин Иван Иванов Жерихов и ямщик Смоленской ямской слободы Яков Дорофеев Войтов [19].

Скончался Пётр Иудин Иванов – 10 февраля 1856 г. от чахотки [20, 21]. После смерти мужа Пелагея Иванова получила пенсию – 75 руб. серебром в год. В 1856 г. это была максимальная пенсия, которую могла получить вдова мастера Императорского фарфорового завода [22].

Старший брат Петра Иудина Иванова — Иван Иудин Иванов родился около 1803 г. (и. р. 1827 г. записан его возраст 24 г. [23], 1836 г. – 33 г. [24]). Он, в отличие от младшего брата, не был женат. В 1843 г. по освидетельствованию заводского доктора Добровольского «за слабостью зрения» он был признан неспособным к продолжению службы на заводе, и получил пенсион 120 руб. серебром в год, а 25 сентября 1852 г. скончался [25].

Как же так получилось, что авторство фарфоровых букетов так долго приписывалось совсем другому человеку – мастеру состава массы и обжига Петру Ульяновичу Иванову? Дело в том, что на Императорском фарфоровом заводе в первой половине XIX в. работали и Петр Ульянов (Ульянович) Иванов и скульптор Пётр Иудин, [Юдин] (Иудович) Иванов. В документах XVIIIXIX вв. персоны часто обозначались двухчастно – либо именем и отчеством, либо именем и фамилией. Таким образом, и Пётр Ульянов Иванов, и Пётр Иудин Иванов чаще всего в документах записаны одинаково – как «Пётр Иванов». В наше время это упрощение вводит в заблуждение исследователей архивных документов и в некоторых случаях приводит к ошибкам в исторических исследованиях. Кроме того, по церковным канонам имя Ульян записывалось как Иулиан, что позволяло трактовать отчество Ульянович, как Иулианович. В письменных источниках, при замене имени и отчества инициалами, оба мастера записывались одинаково: как П.И. Иванов.

Пётр Ульянович Иванов – внук мастерового фарфорового завода Ивана Андреянова. Его отец, Ульян Иванов (12.08.1758-после1799) [26], обучался в заводской гимназии, (17671780) [27, 28, 29], будучи учеником красочного дела, в 1783 г. женился на дочери костромского купца Фёдора Михайлова Марии Фёдоровой [30], а с 1791 г. он заменил на заводе иностранного химика Стана (Штана) [31].

Пётр Ульянович Иванов родился около 1789 г. [32]. Он, также как и его отец, учился в заводской гимназии [33]. В его формулярном списке за 1827 г. значится: «мастер состава фарфоровой массы и обжига сырых вещей, 38 л. сын мастера. В службу вступил учеником в училище завода в 1804 г.; в лабораторию учеником – в 1808 г.; мастером состава массы – в 1819 г.; получил чин кабинетского регистратора – в 1819 г. губернского секретаря в 1825 г.; уволен со службы в 1829 г.» [34]. Умер он 21.03.1831 г. в возрасте 42-​х лет от чахотки [35], так что в 1850 г. он никак не мог стать автором фарфорового букета. Женат он, по всей вероятности, не был – ни в одном из документов нет упоминания о его жене.

Братья Петра Ульяновича: Фёдор Ульянович, Дмитрий Ульянович и Алексей Ульянович Ивановы тоже работали на фарфоровом заводе.

Путаница с автором фарфоровых букетов началась с книги «Императорский фарфоровый завод 17441904», изданной ещё в 1906 г. В книге лишь один раз упоминается мастер Пётр Иудович Иванов, при этом его имя и отчество обозначены лишь инициалами: «Особой группой в числе скульптурных произведений времени Императора Николая I стоят фарфоровые цветы. Цветы делались и прежде, но теперь их стали готовить в огромном числе и с таким искусством, как никогда. Цветы служили не только для украшения ваз, зеркал, каминов и других вещей, но из них составлялись отдельные раскрашенные или бисквитные букеты. Замечательны, в особенности, букеты работы мастера П.И. Иванова» [36]. Далее в той же книге авторство фарфоровых цветов и букетов приписывается мастеру состава массы и обжига Петру Ульяновичу Иванову [37]. Позже в литературе, посвящённой Императорскому фарфоровому заводу, история жизни мастера Петра Иванова стала развиваться, обрастая разными предположениями.

Например, в книге К.Н. Михайловской «Цветущий кобальт» [38] смешаны факты биографий двух замечательных мастеров. Правда, Кира Николаевна отмечает явную несогласованность фактов, взятых из разных источников. Самое вопиющее несоответствие – факты увольнения «Петра Иванова» с Фарфорового завода в 1829 г., его смерти в 1831 г. и отзывы о его фарфоровых цветах в журнале «Северная пчела» в 1838 г. с пожеланиями ему «цветов одобрения и радости». Однако авторитетный источник, с которым автор книги не стала спорить, посчитал, что в дате смерти мастера допущена описка, и, якобы, на самом деле это был 1851 г. Так, с легкой руки двух авторов, была укреплена и растиражирована ошибка.

Искажения биографии Петра Иудовича Иванова закрались и в архивные документы. В одном из формулярных списков работников Императорского фарфорового завода 1840-​х гг. в графе о семейном положении ему ошибочно приписаны жена и дети мастерового Фарфорового завода Василия Дмитриевича Калашникова [39].

А что касается секрета изготовления фарфорового букета, то в разных источниках есть сообщения о том, что этот секрет всё же был раскрыт работавшими на Фарфоровом заводе супругами Пименовыми. Однако букеты, изготовляемые в наше время на заводе хотя и хороши, но не могут сравниться с изделиями мастера Петра Иудовича Иванова.

Фарфоровый букет

Императорский фарфоровый завод. Фотография 1904 г.

Сыновья Петра Иудовича Иванова — Иван и Андрей — также как он, работали на Императорском фарфоровом заводе, оба были мастерами.

Старший сын, Иван Петрович Иванов (22.09.1836 г.-?) [40], был женат на дочери мастера Императорского фарфорового завода Сергея Абрамова Калашникова, Анне [41], и имел детей [42, 43]. Конкретных фактов его деятельности за время работы на Императорском фарфоровом заводе не найдено.

О жизненном пути младшего сына мастера фарфорового букета, Андрея Петровича Иванова (около 1847 г. – 1908) в архивных документах сохранились некоторые подробности. Будучи заведующим выделкой сырых вещей, он, вместе с заведующим составом массы и обжигом инженером-​технологом Александром Кирилловичем Хованским, был командирован в Германию, Францию и Англию. Командировка продлилась с октября 1880 по январь 1881 гг. Целью командировки было изучение на других заводах следующих особенностей производства фарфора:
— состава разных фарфоровых и бисквитных масс;
— приёмов большого и муфельного обжига;
— способов более дешевого заготовления капсюлей [44] и состава глины, из которой их делают;
— приёмов для вытачивания фарфоровых вещей [45].

По результатам командировки Хованского и Иванова для «упрочения машинного флигеля» заводу «Вулкан» было заказано новое оборудование, для приготовления шамота при изготовлении капсюлей выписаны из Берлина дробильные станки и сортировочный аппарат, для уплотнения готовой фарфоровой массы выписаны из Леможа машины [46].

В 1877 г Андрей Петрович Иванов получил звание Личного, а позже – и Потомственного почётного гражданина [47, 48]. Когда в 1882 г. он заболел, то ему, с учётом значительных результатов заграничной командировки, было дано разрешение на месячный отпуск для лечения купаниями в Старой Руссе с сохранением содержания в размере его жалования 600 руб. серебром в год и пособия на лечение в 150 руб. [49].

В октябре 1890 г. Андрей Петрович Иванов обратился в Кабинет Его Императорского Величества за разрешением выделить ему часть участка, занимаемого его матерью для постройки собственного дома. Участок № 16, о котором идет речь, находился между Шлиссельбургским проспектом и Прямым проспектом, напротив нынешнего дома №42 кор. 4 по ул. Бабушкина (бывшей школой им. принца Ольденбургского). Здесь, в доме, построенном Петром Иудиным Ивановым, проживала вдова Пелагея Иванова вместе с семьей своего старшего сына Ивана Петровича. Андрей же Петрович уже не один год проживал отдельно, видимо в съемной квартире, так как получал 500 руб. квартирных денег в год [50]. По его просьбе из участка №16 была выделена часть, выходящая на Прямой проспект и получившая полицейский номер 95. Родительский дом имел номер 25 по Шлиссельбургскому проспекту [51].

23.10.1892 г., в возрасте 45 лет, Андрей Петрович Иванов женился на дочери умершего титулярного советника Вере Васильевой Вахрамеевой, девице 35-​ти лет [52]. У супругов родились трое детей: Леонид (10.06.1893 — ?), Надежда (25.09.1894 — ?) и Николай (21.04.1899 — ?) [53, 54, 55].

Умер Андрей Петрович Иванов 08.01.1908 г. в возрасте 62-​х лет от крупозного воспаления лёгких[56].
Потомки Мастера фарфорового букета Петра Иудовича Иванова и сегодня проживают в нашем городе.

Источники:
1. «Фарфор и роза» (поднесение к Рождеству) Каталог выставки 2010. С. 11.
2. Петрова Н.С. Честь и слава мастеру/​/​Антикварное обозрение №2 2009. С. 4951.
3. ЦГИА СПб. Ф. 19 Оп. 9. Д. 592. 1807.
4. ЦГИА СПб. Ф. 19 Оп. 124 Д. 239 1807. Л. 102. Зап. 24м.
5. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 252. Л. 1832.. 122об. Зап. 107ж.
6. Елена Алексеева, вероятно, была отпущена от Алексея Алексеевича Случановского, чиновника 5 класса и кавалера, служившего при Императорском Фарфоровом заводе помощником директора, умершего 01.08.1829 в возрасте 61 г. и погребённого на Фарфоровском кладбище (Саитов В. Петербургский некрополь СПб. 19121913. Т. 4. С-​Я. С. 100).
7. В XIX в. в документах отчество людей, не имевших чина, записывалось в сокращённой форме – без окончания «-ич».
8. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 957. 1836. Л. 28об. Зап. 219м, 220м, 260ж, 261ж.
9. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 14. Д. 416. 1812.
10. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп.112. Д. 1010. 1839. Л. 72об. Дв. 39. Зап. 160ж., 150м., 151м., 158ж. и 159ж.
11. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 125. Д. 292 1806. Л. 3об. Зап. 40.
12. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 803. 1827. Л. 184об. Дв. 32. Зап. 169м.
13. ЦГИА СПб. Ф. 19 Оп. 112. Д. 851. 1830. Л. 193об. Дв. 31. Зап. 160м.
14. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 1010. 1839. Л. 72об. Дв. 39. Зап. 151м.
15. РГИА. Ф. 503. Оп. 6. Д. 6. 1842 г. Л. 117об.-118.
16. РГИА. Ф. 468. Оп. 11. Д. 1529. 1843 г. Л. 8об-​9.
17. РГИА. Ф. 468. Оп. 10. Д. 932. 1852. Л. 816.
18. РГИА. Ф. 468. Оп. 10. Д. 622. 1851.
19. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 274. 1835. Л. 47. Зап. 11.
20. РГИА. Ф. 468. Оп. 11. Д. 841. 1856. Л. 3об.
21. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 292. 1856. Л. 193об.-194. Зап. 14м.
22. РГИА. Ф. 468. Оп. 11. Д. 841. Л. 18.
23. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 803. 1827. Л. 184об. Дв. 32. Зап. 168м.
24. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 957. 1836. Л. 28об. Зап. 220м.
25. РГИА. Ф. 468. Оп. 11. Д. 1529. Л. 1, 2, 46.
26. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д.574. 1758. Л. 135. Зап. 14.
27. ЦГИА СПб. Ф. 39. Оп. 1. Д. 3. 1767. Л. 6. Зап. 174м.
28. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 192. 1777. Л. 317об. Зап. 342м.
29. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 112. Д. 285. 1780. Л. 479об. Зап. 221м.
30. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 388. 1783. Л. 118об. Зап.15.
31. Императорский фарфоровый завод 17441904. СПб. 1906. С. 65.
32. ЦГИА СПб. Ф.19. Оп. 112. Д. 550. 1808. Л. 571. Дв. 4. Зап. 30м.
33. ЦГИА СПб. Ф.19. Оп. 112. Д. 461. Т. 1. 1801. Л. 409. Зап. 188м.
34. Императорский фарфоровый завод 17441904. СПб. 1906. С. 403. примечание 67.
35. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 244. 1831. Л. 90об. Зап. 19м.
36. Императорский фарфоровый завод 17441904. СПб. 1906. С. 207. Цитата приведена в современной орфографии.
37. Императорский фарфоровый завод 17441904. СПб. 1906. Алфавит. С. 45.
38. Михайловская К.Н. Цветущий кобальт. М. 1980. С. 3444.
39. РГИА Ф. 503. Оп. 6. Д. 6. 1842 г. Л. 117об.-118, 262об.-265, 277об.-278.
40. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 111. Д. 281. 1836. Л. 14. Зап. 85м.
41. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 339. 1874. Л. 213об.-214. Зап. 134.
42. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 346. 1875. Л. 1об.-2. Зап. 1м.
43. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 124. Д. 371. 1879. Л. 1об.-2. Зап. 1м.
44. Капсюли (капсели) – капсулы из огнеупорных материалов, в которые помещаются фарфоровые изделия при обжиге в печи для более равномерного нагревания.
45. РГИА. Ф. 468. Оп. 11. Д. 523 Л. 16.
46. Там же Л. 34.
47. РГИА. Ф. 468. Оп. 2. Д. 56.
48. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 127 Д. 979. 1899. Л. 290об. Зап. 84м.
49. РГИА. Ф. 468. Оп. 11. Д. 763. 1882. Л. 15.
50. РГИА. Ф. 468. Оп. 23. Д. 2055. Л. 23.
51. РГИА. Ф. 468. Оп. 28. Д. 384. Л. 10.
52. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 127. Д. 179. 1892. Л. 75об.-76 Зап. 51.
53. ЦГИА СПб. Ф. 19. Оп. 127. Д. 263. 1893. Л. 33об. Зап. 48м.
54. ЦГИА СПб. Ф.19 Оп. 127. Д. 290. 1894. Л. 354об. Зап. 82ж.
55. ЦГИА СПб. Ф.19 Оп. 127. Д. 979. 1899. Л. 290об. Зап. 84м.
56. ЦГИА СПб. Ф.19 Оп. 127. Д. 2109 л. 1908. Л. 148об.-149. Зап. 109ж.

Вера Фёдоровна Андрейчева

Краевед, автор книг о Петербурге

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Joomla SEF URLs by Artio
Хотите стать первыми, кто будет узнавать о появлении новых увлекательных статей?

Подпишитесь на рассылку электронного журнала и будьте в курсе самых последних новинок!
Нажимая на кнопку «Подписаться», Вы соглашаетесь c «Политикой конфиденциальности», согласно которой личные сведения, полученные в распоряжение ООО «Прогулки по Петербургу», не будут передаваться третьим организациям и лицам за исключением ситуаций, предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации.