Посёлок на Трамвайном проспекте - Электронный журнал «Петербургские прогулки»

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *
Reload Captcha
Памятник блокадному трамваю в Кировском районе Памятник блокадному трамваю в Кировском районе mapio.net

В 2016 году исполнилось 110 лет с момента утверждения плана посёлка Княжево, имя которого носит ныне один из муниципальных округов, расположенный в Кировском районе Санкт-Петербурга. Сейчас эта местность является частью исторического района Дачное, однако более полувека здесь был отдельный посёлок, следов от которого, впрочем, почти не осталось – если не считать участка трассы Трамвайного проспекта (и собственно этого названия – Трамвайный проспект). Ещё можно упомянуть о трамвайном парке номер восемь, который… Впрочем, давайте начнём с начала.

Два участка, на которых впоследствии возник поселок Княжево, появились на Петергофской дороге (её часть, проходящая здесь, затем стала именоваться Петергофским шоссе, а ныне она входит в проспект Стачек) ещё в петровскую эпоху. Хозяева их менялись: так, какое-то время северным участком владел лекарь императрицы Елизаветы Петровны Иоганн Герман Лесток, а несколько позднее южным – фаворит уже другой государыни, Екатерины II, Григорий Александрович Потёмкин. В 1898 году их приобрело акционерное общество «Сталь» и объединило в один участок. Но в 1904 году у этого сдвоенного участка появился новый хозяин – поволжский дворянин князь Николай Евгеньевич Куткин, который приобрел его 27 апреля (10 мая) 1904 года за 189 431 рубль 48 копеек.

Приобрел это имение Куткин не просто так, а с намерением разбить здесь посёлок, название для которого он взял из своего титула. В письме от 12 (25) октября 1904 года из Петербургской уездной земской управы в Строительное отделение Санкт-Петербургского губернского правления говорится: «Князь Николай Евгеньевич Куткин обратился в управу с ходатайством об утверждении улиц на принадлежащем ему участке земли, в местности Петергофского пригородного участка для образования нового поселка, с присвоением ему именования “Княжево”»

Из протокола заседания Строительного Отделения Санкт-Петербургского Губернского Правления от 24 мая (6 июня) 1906 г.: утверждение плана пос. Княжево (ЦГИА СПб. Ф. 256. Оп. 27. Д. 369. Л. 5).
Из протокола заседания Строительного Отделения Санкт-Петербургского Губернского Правления от 24 мая (6 июня) 1906 г.: утверждение плана пос. Княжево (ЦГИА СПб. Ф. 256. Оп. 27. Д. 369. Л. 5).

 

Впрочем, процесс утверждения плана затянулся, и Николай Евгеньевич до его окончания не дожил, скончавшись 13 (26) июля 1905 года. Разбирательства о наследстве покойного завершились тем, что участок на Петергофском шоссе (имевший в то время адрес 128-130 по нему) перешёл в руки троюродного племянника князя, статского советника Яков Иванович Куткин. К тому времени был представлен новый вариант плана посёлка – и сто десять лет назад, 24 мая (6 июня) 1906 года, вышеупомянутое Строительное отделение постановило: «… план нового посёлка Княжево, в Петергофском участке, утвердить».

Княжево на фрагменте «Плана Петрограда с ближайшими окрестностями». 1916 г. (Приложение к справочнику «Весь Петроград» за 1916 г.), источник: aroundspb.ru
Княжево на фрагменте «Плана Петрограда с ближайшими окрестностями». 1916 г. (Приложение к справочнику «Весь Петроград» за 1916 г.), источник: aroundspb.ru

 

На плане была предложена сетка улиц посёлка, которые носили разные названия: Мазиниевская улица, Княжеский (впоследствии – Княжевский) проспект, Платформенный проспект, Державинская улица… Соединяться с Петергофским шоссе должен был через улицу, которая была запланирована по меже двух бывших изначальных участков – Трамвайный проспект. Название это не случайно, поскольку ещё Николай Куткин, очевидно, был в курсе планов по прокладке на Петергофском шоссе линии электротранспорта (о которой ещё пойдет речь ниже), которые витали к тому времени в воздухе уже не один год. Как заметил в своё время краевед Николай Гольцов «имение было куплено… возможно для продажи будущим концессионерам», т.е. группе лиц, которая собиралась заняться строительством таковой будущей линии.

Постепенно участки, на которые были разбиты земли имения Княжево, стали раскупаться: к концу 1906 года было приобретено восемь участков. Что любопытно, трое покупателей, судя по их именам, были поляками (так, вторым из восьми покупателей участков в посёлке стал некий дворянин «Иосиф Казимиров-Адамов Багрин-Каминский»). Автору данного текста в своё время приходилось встречать в Интернете упоминание о том, что якобы Княжево было польской колонией, но никаких доказательств на этот счет не встречалось – скорее, складывалось впечатление, что в данном утверждении отразился действительный факт существования колонии, только не польской, а немецкой (семейств Шеферов и Берчей), с землями которой Княжево граничило и с юга и с севера. Однако, похоже, несколько поляков действительно приобрели участки в новом посёлке, причём не только в 1906, но и в 1907 годах.

Яков Иванович Куткин, как и его троюродный дядя, недолго владел имением – он умер в августе 1908 года. Опекуном над Княжево стала его вдова, Анастасия Викентьевна Куткина, а в декабре 1909 года она и дети Якова Ивановича от обоих его браков вступили во владение имением по решению суда.

Однако Анастасия Викентьевна довольно быстро решила от Княжево избавиться. Причин для этого было несколько. Во-первых, владеть Княжево оказалось не очень выгодно: расходы от имения в период от кончины Якова Куткина до конца 1909 года по представленной вдовою в Петербургскую дворянскую опеку ведомости превышали доходы. Во-вторых, за имением числился долг по закладной, причём закладная касалась тех денег, на которые Николай Куткин и купил в 1904 году сдвоенный участок на Петергофском шоссе и в январе 1912 г. имение было описано судебным приставом. Помимо этого дело дошло ещё и до ареста имения ввиду претензий на него одного из представителей рода Куткиных, оспаривавшего переход Княжево ещё к Якову Ивановичу.

В июне 1912 года Правительствующий Сенат разрешил Куткиной продажу или предварительный залог земель имения. Покупателем же решил выступить бельгийский подданный Лоран (Лаврентий Эдуардович) Меус (Мееюс), член правления Общества Ораниенбаумской электрической железной дороги.

Как было сказано выше, к тому времени уже существовали планы прокладки линии электротранспорта из Петербурга к Петергофу, Ораниенбауму и далее. В 1907 году для реализации был принят проект группы инженера Станислава Александровича Бернатовича – который, к слову, почти год после кончины Якова Ивановича был со-опекуном имения Княжево вместе с Анастасией Куткиной. В 1909 году был утверждён Устав Общества Ораниенбаумской железной дороги, затем пришлось искать средства для строительства. В результате, к делу строительства дороги подключился иностранный капитал, что, в свою очередь, привело к смене руководства Общества. В новом составе правления уже не оказалось Бернатовича – но оказался Лоран Меус, который в то время участвовал в привлечении капитала в различные проекты по обустройству трамвайных систем в разных странах мира, включая Российскую Империю (впоследствии же он станет главой бельгийской нефтяной компании «Петрофина»).

Именно Меусу довелось провести важнейшую для Общества сделку. Поскольку финансово Общество теперь было более-менее обеспечено, то теперь необходимо было решать вопрос о приобретении земли под объекты инфраструктуры, в частности – под вагонное депо. И 10 (23) августа 1912 года наследники Якова Куткина продали ему часть территории Княжево за сто тысяч семьсот шестьдесят один рубль. Эта сделка позволяла Анастасии Куткиной рассчитаться с долгом по закладной, а также выплатить сумму, оговорённую ранее за снятие ареста с имения. Однако полученной суммы на все выплаты не хватало, и в связи с этим уже 14 (27) августа Куткины заняли у Меуса сумму в 3952 рубля 38 копеек. А 4 (17) октября того же года Меус приобрёл и остававшуюся у Куткиных и нераспроданную доселе из участков в посёлке долю земель на Петергофском шоссе за триста пятнадцать тысяч рублей.

Так Княжево стало владением Общества Ораниенбаумской электрической железной дороги, которое, в свою очередь получило необходимый участок для строительства вагонного депо на шестьдесят вагонов. Кроме того, это делало Княжево удобным местом для заселения его впоследствии служащими Общества.

Процесс постройки дороги, начатый в 1913 году, несколько затормозило начало Первой мировой войны. Тем не менее, в декабре 1915 года вагонное и ремонтное депо в Княжево, сооружённые силами акционерного общества «Вайс и Фрейтаг», вступили в строй. Было открыто пробное движение от депо до Путиловского – ныне Кировского – завода. 9 (22) января 1916 года для регулярного движения был открыт участок Ораниенбаумской электрической железной дороги от завода до Нарвских ворот, а уже 15 (28) января в тот же режим регулярного движения перешёл и участок от Путиловского завода до Княжево.

Так молодой посёлок получил связь с окраинами Петрограда. Помимо депо, напротив Княжево по проекту архитектора Алексея Зазерского было сооружено сохранившееся и поныне краснокирпичное здание подстанции. Также в декабре 1916 года была организована потребительская лавка Общества потребителей служащих и рабочих дороги.

Депо Княжево, 1916 г., источник: forum.aroundspb.ru
Депо Княжево, 1916 г., источник: forum.aroundspb.ru

 

Изменения, вызванные революцией, разумеется, коснулись и посёлка, и дороги, которая владела землями имения Княжево. Общество Ораниенбаумской электрической железной дороги было ликвидировано, а созданная им система электротранспорта в 1920 году включена в состав Северо-западных железных дорог. В результате, возникло сокращение «Оранэл С.-З. ж.д.». От него и произошло известное название рельсового пути в сторону Стрельны (до которой, в итоге, дорога дошла) – Оранэла. Затем встал вопрос о передаче дороги городу – полностью или частично. Сначала предполагалось передать только северный участок Оранэлы. Однако в итоге 1 октября 1929 года она была включена в общую систему линий ленинградского трамвая целиком, что дало жителям посёлка непосредственную связь с центром теперь уже Ленинграда. Княжевское депо стало трамвайным парком имени Котлякова, в честь Ивана Котлякова, который в разное время был членом руководящих органов города, области и всего Советского государства. Впоследствии, в 1968 году, на территории парка – ныне он известен как парк №8 – был установлен небольшой памятник-бюст Котлякова. Боковой же проезд проспекта Стачек, идущий от Автомобильной улицы и затем переходящий под путепроводом в улицу Морской Пехоты уже не одно десятилетие полуофициально называют улицей Котлякова.

Бывший усадебный дом Куткиных также в течение 1920-х годов использовался Оранэлой – там дорогой был устроен клуб имени Ленина, при котором были драматический кружок, оркестр, а с 1927 года – лыжная станция. Затем клуб переехал в здание подстанции напротив парка.

Что же касается непосредственно посёлка, то он неоднократно за первые два советских десятилетия менял свою административную принадлежность. До революции Княжево относилось к Петергофскому пригородному участку Петрограда и одновременно к Петроградским уезду и губернии. В течение нескольких первых советских лет посёлок административно относился к Петрограду, но в связи с установлением новой границы города в 1922 году оказался в составе губернии, ставшей в 1927 году областью. Процесс изменений территориального деления, затрагивавший Княжево, продолжался вплоть до конца 1930-х годов. В итоге, перед войной оно входило в состав Лиговского рабочего посёлка Красносельского района Ленинградской области.

Коснулись советские перемены и изменения названий. Где-то на рубеже 1910-х – 1920-х годов Петергофское шоссе стало улицей (с 1940 года – проспектом) Стачек. В 1923 году одну из улиц посёлка, Княже(в)ский проспект, попытались переименовать в Красноармейский, однако новое название не закрепилось. В следующем году уже попытались переименовать и Княжево целиком. 14 января 1924 года исполком совета Урицкой волости (в которую тогда входило Княжево) рассмотрел протокол собрания граждан посёлка, в котором предлагалось переименовать его в посёлок «имени ОГОРОДНИКОВА» (так в документе). Очевидно, данное увековечение было предложено в честь большевика-путиловца Ивана Огородникова, похороненного незадолго до этого на расположенном поблизости Красненьком кладбище. Исполком утвердил протокол собрания граждан и решил обратиться в вышестоящую инстанцию для решения данного вопроса. Однако и это название не закрепилось.

В целом же посёлок Княжево так и не достиг тех размеров, которые предусматривались планом 1906 года: застройка, в основном, сконцентрировалась ближе к улице/проспекту Стачек. По документам Нарвско-Петергофского района 1919-20 годов известно, что в Княжево на тот момент проживало более двухсот человек, а на 1 января 1935 года по данным «Административно-экономического справочника Ленинградской области», в Княжево значилось 494 человека. Однако в соседнем Дачном, план которого был утвержден лишь на два года раньше княжевского, населения на то же самое 1 января 1935 года было более чем в пять раз больше – 2632 человека.

Позиция у парка имени Котлякова, кадр из фильма
Позиция у парка имени Котлякова, кадр из фильма "Ленинград в борьбе" (1942 г.)

 

В период блокады Княжево оказалось недалеко от линии фронта – что, разумеется, привело к уничтожению едва ли не всей его застройки. Впрочем, и в 1942 году там еще оставалось небольшое количество гражданского населения, а на Трамвайном проспекте находилось помещение Лиговского поселкового совета (там жил его глава Василий Смирнов). Рядом с трамвайным парком была сооружена баррикада из десятка поваленных набок вагонов, нагруженных песком, о которой сегодня ныне напоминает памятник-трамвай у въезда в парк. Оборонительную позицию у Княжево можно увидеть в фильме «Ленинград в борьбе» 1942 года. В 1943 году, после прорыва блокады, был также сооружен оборонительный рубеж «Ижора», несколько ДОТов которого были возведены и возле Княжево (большая часть рубежа сохранилась и поныне).

В послевоенные годы Княжево, в отличие от активно застраивавшегося Дачного, сохранило примерно те же размеры, что и перед войной. По состоянию на конец 1957 года к посёлку, в списках избирательных участков Лиговского рабочего посёлка (административно в ту пору уже подчинявшегося не области, а городу) были отнесены следующие дома:

  • Княжевский проспект – дома 4,6,13,14,18,24.
  • Трамвайный проспект – дома 1,3/7, 4,6,16,18,40.
  • Аткарская улица – дом 3.
  • Колхозная улица – дома с 1-го по 4-й.

Три первых улицы – это то, что осталось от плана 1906 года, четвёртая же – которую также относили к Княжево – проходила несколько южнее, по полям, до войны обрабатывавшимся немецкими колонистами, параллельно Трамвайному и Княжевскому.

Трамвайное движение, нарушенное войной, постепенно восстанавливалось. Сначала от Кировского завода до Княжево ходил «подкидыш», с 1951 года трамваи вновь пошли рядом с посёлком – хотя парк имени Котлякова был расконсервирован ещё позднее. Также, восточнее трампарка, в середине 1950-х годов было построено первое метродепо – «Автово».

Трамвайный проспект, 1965 г. Из личного архива В.Н. Павлова, источник: ligovo.forum24.ru
Трамвайный проспект, 1965 г. Из личного архива В.Н. Павлова, источник: ligovo.forum24.ru

 

Пригородная пора в истории данной местности – а с ней и история посёлка Княжево – завершились в первой половине 1960-х годов. Начавшаяся активная «хрущевская» застройка привела к исчезновению Княжевского проспекта и Аткарской и Колхозной улиц. Остался лишь Трамвайный проспект (на северной стороне которого ещё какое-то время сохранялась деревянная застройка); впрочем, трасса его была несколько изменена. Новый район Ленинграда (в черту города эти земли вошли в январе 1963 года) называли уже не по Княжево, а по его соседу – Дачное. Это же название получила и открытая в 1966 году (и работавшая до 1977 года) наземная станция метро. Всё это способствовало вытеснению названия посёлка. И имя это вернулось лишь в нынешнем столетии – как название муниципального округа, который включил в себя и большую часть территории, которую занимал посёлок Княжево.

Использованные источники и литература:

  1. Большая Топонимическая энциклопедия Санкт-Петербурга: 15 000 городских имён / Под общ. ред. А.Г. Владимировича. СПб., 2013.
  2. Гольцов Н.Н. История ОРАНЭЛЫ — Стрельнинской трамвайной линии. В документах и воспоминаниях. CПб., 2006.
  3. Горбатенко С.Б. Петергофская дорога: Историко-архитектурный путеводитель. СПб., 2013.
  4. ЦГА СПб. Ф. Р-38. Оп. 1. Д. 30.
  5. ЦГА СПб. Ф. Р-102. Оп. 1. Д. 8.
  6. ЦГА СПб. Ф. Р-9628. Оп. 1. Д. 23.
  7. ЦГА СПб. Ф. Р-9628. Оп. 1. Д. 144.
  8. ЦГИА СПб. Ф. 256. Оп. 27. Д. 369.
  9. ЦГИА СПб. Ф. 268. Оп. 1. Д. 6025.
  10. ЦГИА СПб. Ф. 268. Оп. 2. Д. 313.
Оцените материал
(0 голосов)
Последнее изменение Понедельник, 25 декабря 2017 20:48

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.