Александр Буров: "Город сам подсказывает сюжеты" - Электронный журнал «Петербургские прогулки»

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *
Reload Captcha

Александр Буров: "Город сам подсказывает сюжеты"

Экскурсионное бюро «Прогулки по Петербургу» недавно начало сотрудничать с новым гидом - Александром Анатольевичем Буровым. Предметом его экскурсий являются петербургские храмы и молитвенные дома различных конфессий, о которых он рассказывает профессионально и интересно. Коренной петербуржец, Александр Анатольевич, работает старшим научным сотрудником в Государственном музее истории религии. Имеет три высших образования. Он окончил юридический факультет Санкт-Петербургского государственного университета, Свято-Филаретовский институт по специальности «теология» и Российскую академию государственной службы при Президенте РФ (специализация: государственно-конфессиональные отношения). Беседа с таким гидом оказалась весьма интересной.

Александр Анатольевич, здравствуйте. Так как наше сотрудничество только началось, экскурсантам будет интересно больше узнать о Вас. Расскажите, экскурсии – это всё-таки ваше хобби, а не работа?

Здравствуйте. Да, скорее хобби. Экскурсии я начал водить ещё школьником, с детства увлекался историей, и историей Петербурга в частности. Моя профессия - историк религии, поэтому естественно, что рассказываю про храмы. Я светский человек, церковного сана не имею. Но если спросите, верующий ли я, то отвечу – да.

Как эта тема стала Вашей?

Это меня всегда интересовало. В гуманитарной области вообще нельзя заниматься тем, к чему не испытываешь никакой симпатии. Ничего хорошего в таком случае не получится. А мне церковная культура была интересна ещё со школьных времён. Загадочные люди в непонятных одеждах – в детстве я их воспринимал как инопланетян. Они меня притягивали. Так же как и здания, в которых они что-то делали. Поэтому я чувствовал себя в детские и юношеские годы настоящим исследователем. Ну а когда я узнал этот мир поглубже, он стал моей судьбой.

Какая из Ваших экскурсий наиболее Вам близка?

Со временем это меняется. Сейчас – Феодоровский собор на ул. Миргородской. Такой новый, такой свежий после масштабной реставрации. Особенно трогает оформление нижнего храма. Это оригинальный проект выдающегося современного художника-иконописца архимандрита Зинона (Теодора), за творчеством которого я внимательно слежу. Мы знакомы. Отец Зинон очень интересный человек, он всегда высказывает самостоятельные, глубокие и неординарные суждения по самому широкому кругу вопросов. Поэтому сейчас я этим как-то захвачен. Вот вчера у меня с вами была экскурсия по собору.

Вы ею довольны?

Чувство удовлетворения есть, но всегда хочется сделать лучше.

Как Вы ищите новые материалы?

Город сам подсказывает сюжеты. Моя младшая дочка учится в гимназии недалеко от Троице-Измайловского собора. С утра я отвожу её в школу, а потом иду пешком до музея (работы) через Коломну с её мостами, излучинами рек и каналов, и, конечно, храмами. Так возник замысел экскурсии «Многоконфессиональная Коломна». Мне очень нравится эта тема и это место, потому, что там «как в капле воды отражены свойства всего океана». Петербурга в данном случае. Для меня существенно, чтобы история религии не отрывалась от общегражданской и истории культуры. Это всё очень связано.

Мне важно гулять по городу, рассматривать его. В своё время дополнительный стимул внимательно разглядывать город мне дали заграничные поездки. Ведь Петербург существует в широком культурном европейском контексте. И очень многое становится видно со стороны. Сначала то, что искусствоведы называют анализ и описание. На следующем этапе - работа с архивными документами и литературой.

Сделали ли Вы для себя какие-нибудь открытия за границей?

Да. Если вспоминать Хельсинки, то это в первую очередь архитектура модерна, которая там весьма в хорошем состоянии. С одной стороны, радуешься за жителей финской столицы, с другой - грустишь, когда представляешь, как мог бы выглядеть Петербург. В этом смысле Хельсинки и Стокгольм помогли мне оценить Петербург как настоящий североевропейский город.

Можно сравнить Петербург и с другими европейскими столицами, например с Брюсселем, который подарил миру такое печально известное явление, как «брюсселизация». Это когда старый дом продаётся хозяевами и на его месте строится нечто совершенно бесформенное. Исторические районы города заполняются новостройками. В итоге, исторические постройки просто тонут в этой каше. В Петербурге «брюсселизация» ещё не достигла таких масштабов! Кстати, в Петербурге количество домов, построенных до Первой мировой войны, вообще самое большое в Европе. Мы не говорим об их состоянии, но тем не менее. Наши соотечественники иногда удивляются иностранцам, которые восхищаются Петербургом. Ведь у них самих такого должно быть много. Но это не так.

Александр Анатольевич, а насколько Вам сложно открывать церковные объекты для экскурсий? По нашему опыту, не всегда это получается легко.

Вы знаете, бывает по-разному. Всё ведь делается через людей, которые отвечают за храм. Всё-таки, как правило, они понимают, что это не их частная собственность. Это не приватизированный объект. Храм по определению общественное пространство. Он служит и Богу, и народу. Помните, как написано в «Повести временных лет»? Когда послы князя Владимира возвратились из Константинополя, они был поражёны богослужением в соборе святой Софии: «И пришли мы в Греческую землю, и ввели нас туда, где служат они Богу своему, и не знали - на небе или на земле мы: ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой, и не знаем, как и рассказать об этом, - знаем мы только, что пребывает там Бог с людьми, и служба их лучше, чем во всех других странах». Понимаете, всё-таки «Бог с людьми». Это важнейший принцип, хотя его реализация проходит не всегда гладко.

Думаю, что со временем экскурсионная работа станет частью повседневной жизни храмов. Причём в некоторых храмах экскурсии проводят сами священнослужители. Для них это неотъемлемая часть служения, миссии. Что закономерно.

В Европе, к слову, священнослужители, как правило, должны искать какой-то заработок, так как они не живут «от алтаря», и часто работают именно гидами. Проблема закрытости – пережиток советской эпохи.

Александр Анатольевич Буров на экскурсии
Александр Анатольевич Буров на экскурсии

 

Не считаете ли Вы, что со временем таких экскурсий станет меньше?

Пока в таких экскурсиях сохраняется некий элемент экстрима: пустят - не пустят. По большей части приходится объяснять очень простые вещи. Нужно буквально ориентировать людей в храме: показывать, что где находится, как вообще всё это устроено. Но ведь есть ещё масса тонкостей и деталей. Может быть, со временем экскурсии примут другой характер, станут более глубокими.

Как Вы относитесь к новым храмам? Есть ли примеры новых церковных построек, которые со временем тоже станут экскурсионными объектами?

Дело в том, что сейчас чаще восстанавливают старые храмы, нежели строят новые. Хотя в центре города действующих церквей гораздо больше, чем в «спальных» районах. Любая эпоха оставляет свой след, в том числе, и в церковной архитектуре: храмы каждой из них имеют свой легко узнаваемый образ. А храмы конца XX – начала XXI веков как бы не имеют своего лица. Они все очень стилизованные. Может быть, пока. Ведь в советское время храмов не строили. Архитекторы этим не занимались, поэтому сейчас мы переживаем переходный период, когда новая церковная архитектура только созревает. Это отражает актуальное состояние веры и сознания самих верующих. Современные верующие часто тоже стилизованы, хотят соответствовать тем или иным историческим образцам и боятся быть самими собой.

Хотя есть всё-таки примеры более-менее удачного решения, не без стилизации, но все же. Первый - это храм-часовня Новомучеников и Исповедников Российских рядом с Феодоровским собором (архитектор Георгий Александрович Васильев). Приходская община Феодоровского собора начала формироваться именно там, так как в 90-е годы здание собора занимал молокозавод. В 1998 году там начались богослужения.

Второй пример не питерский. В 30 километрах от Пскова, в деревне Гверстонь, в конце 90-х о. Зинон своими руками построил церковь по образцу древних византийских храмов. Материалом послужил местный камень-известняк.

Если мы потеряли свой путь, можем ли мы заимствовать его из-за границы?

Нет, в данном случае заимствовать невозможно. Это должно родиться. Можно и нужно учиться. Как это и было исторически. Наши мастера, конечно, учились у греков и итальянцев, но всё равно русское религиозное искусство имеет свое лицо.

Александр Анатольевич, спасибо за столь увлекательный рассказ. Надеемся, что вместе с Вами мы поможем петербуржцам лучше узнать русское религиозное искусство.

Оцените материал
(0 голосов)
Последнее изменение Понедельник, 11 декабря 2017 15:54

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.