Прогулки императрицы Елизаветы Алексеевны - Электронный журнал «Петербургские прогулки»

Login to your account

Username *
Password *
Remember Me

Create an account

Fields marked with an asterisk (*) are required.
Name *
Username *
Password *
Verify password *
Email *
Verify email *
Captcha *
Reload Captcha

Прогулки императрицы Елизаветы Алексеевны

Императрица Елизавета Алексеевна Императрица Елизавета Алексеевна bagira.guru

Имя супруги Александра I, императрицы Елизаветы Алексеевны, известно недостаточно широко: она всегда держалась в тени своей властной свекрови, императрицы Марии Федоровны, пережившей ее. Личность Елизаветы Алексеевны была скрыта от современников и осталась неразгаданной потомками. От нее не осталось ни дневников, ни рисунков, невозможно услышать голос ее, исполнявший мелодичные романсы, но остались места многочисленных ее прогулок.

Ведь именно эта замечательная женщина первая из высоких особ стала гулять по паркам петербургских пригородов в одиночестве, с книгой, с тетрадью для записи заметок, с красками для рисования… Память о ней хранят замечательные павильоны, к сожалению, ныне превращающиеся в руины, а любимое ее место Царскосельского парка отмечено воспетой поэтами статуей «Девушка с кувшином».

Екатерина II очень рано начала искать невесту любимому внуку Александру, и в ноябре 1790 года указала посланнику при немецких дворах Н. П. Румянцеву: «…Съездите в Карлсруэ и там постарайтесь увидеть дочерей принца наследного Луизу-Августу 11 лет и Фредерику-Доротею 9 лет. Сверх красоты лица и прочих телесных свойств их нужно, чтобы вы весьма верным образом наведались о их воспитании, нравах и вообще душевных дарованиях...»

Принцесса Луиза

Принцесса ФредерикаПринцессы Луиза и Фредерика Баденские

Семья принцев Баденских была хорошо известна, современники считали исключительно благотворным материнское влияние на развитие дочерей, и дипломат Е. Ф. Комаровский летом 1791 г. писал: «…Мне случилось играть с принцессою Луизой, я ничего не видывал прелестнее и воздушнее ее талии, ловкости и приятности в обращении... Маркграф, дед принцесс, был добродетельнейший и почтеннейший из всех немецких принцев». Сестер-принцесс пригласили приехать в Петербург.

Осенью 1792 г. императрица жила в Таврическом дворце, куда привезли девочек. Из своих комнат к императрице они ходили через знаменитый дворцовый Зимний сад. Обе принцессы, хорошенькие, скромные и отлично воспитанные, сразу завоевали симпатии Екатерины и всего двора, особенно привлекала внимание тринадцатилетняя Луиза. В январе 1793 года в Зимнем дворце по вечерам принцесс приглашали в Эрмитаж на интимные собрания императрицы, а великие князья Александр и Константин ежедневно обедали в их покоях. Наконец, Александр остановил свой выбор на Луизе-Августе. Весной сестры в карете или пешком прогуливались по городу. В мае они ездили осматривать комнаты Елизаветы в Таврическом дворце.

Вид на Зимний сад Таврического дворцаВид на Зимний сад Таврического дворца

9 мая, в день Св. Николая Чудотворца императрица позвала Луизу в свои комнаты, где «в предшествовании камергеров и камер-юнкеров» состоялась церемония принятия православия. С этого момента в документах принцессу упоминают уже как великую княжну Елизавету Алексеевну. На следующий день в дворцовом соборе ее обручили с великим князем Александром Павловичем. За обручением последовал парадный обед в Большой галерее, когда молодые сидели на троне подле Екатерины II, а на следующий день – бал. По окончании танцев возвратились в Бриллиантовую комнату императрицы, где провели «вечернее время семейно».

Миропомазание великой княгини Елизаветы Алексеевны Миропомазание великой княгини Елизаветы Алексеевны

Летом 1793 года двор рано переехал в Царское Село. Здесь по утрам Елизавета гуляла с Екатериной II и Александром по парку, проводила у императрицы и вечернее время до 10 часов. Иногда Александр, сев в Адмиралтействе на шлюпку, возил ее по парковому пруду. Современник писал: «Она едва касалась земли: до того она была легка; воздух играл ее волосами, она опережала всех дам...»

Сестры изредка выезжали в Павловск и однажды съездили на один день осмотреть Петергоф. В конце лета принцессе Фредерике пришлось, к большому горю сестры, уехать: «…Великая княжна вскочила в карету к сестре в тот момент, когда дверцы уже закрывались, и, поцеловав ее еще раз, поспешно вышла, схватила мою руку…, бросилась под дерево и предалась своему горю, положив голову ко мне на колени. Но когда графиня Шувалова вместе с осталь­ным двором подошли к нам, великая княжна тотчас вскочила, подавила слезы и медленно, с совершенно спокойным лицом направилась к дому. Так уже в столь юные годы она умела скрывать свое горе. ...Не умея понять, ее считали холодной и бесчувственной», – писала В. Н. Головина.

Виды Царского Села

Виды Царского Села

Виды Царского Села

Виды Царского Села
 Виды Царского Села

28 сентября 1793 г. в Зимний дворец на бракосочетание Александра и Елизаветы собрались дамы и кавалеры первых четырех классов. «Большой выход» в дворцовый собор и литургия завершились венчанием. Венцы держали великий князь Константин и князь А. А. Безбородко. После возглашения «Тебе Бога хвалим» раздалась пушечная пальба с крепостей и яхт, троекратный беглый огонь всех войск, выстроенных перед дворцом, и колокольный звон, не смолкавший 3 дня. К столу, а вечером к балу шли под музыку труб и литавр. Торжественный обед и бал были повторены и на следующий день, а праздники продолжались 14 дней.

В те годы все восхищались красотой и приветливостью юной Елизаветы. Как писала французская портретистка Э. Виже-Лебрен, в 1795 г. впервые приехав в Царское Село: «Я заметила у окна …молодую особу, поливавшую горшок с гвоздиками. Ей было не более семнадца­ти лет. Правильные и тонкие черты дополнялись идеальным овалом; приятный цвет кожи своей бледностью безупречно гармонировал с выражением ангельской кротости ее лица, которое обрамлялось потоком пепельных волос. На ней было легкое белое платье, небрежно перепоясанное по тонкой, как у нимфы, талии. Юная сия особа столь изящно выгля­дела на фоне комнаты с колоннами, задрапирован­ной серебристо-розовой тканью, что я невольно вос­кликнула: «Вот истинная Психея!» Это была принцесса Елизавета, жена Александра. Она пригласила меня к себе и наговорила множество лестных слов...». Юную Елизавету часто портретировали Э. Виже-Лебрен, позже – модный живописец Ж.-Л. Монье, Г. фон Кюгельген, В. Орт и другие художники.

Цесаревна Елизавета Цесаревна Елизавета

В мае 1796 г. императрица подарила молодой чете Александровский дворец в Царском Селе, где, по словам Александра, молодые были очень счастливы. В. Н. Головина вспоминала: «Ничего не могло быть интереснее и красивее этой прелестной пары: Александра и Елисаветы. Окружающие замечали, что в чувствах они вполне отвечали друг другу… Тем летом мы совершали прелестные прогулки. Императрица желала только одного: видеть своих внуков счастливыми и довольными. Она позволила им гулять везде, где они ни пожелают, даже и после обеда…» Но уже осенью императрица умерла, и на трон вступил ее непредсказуемый сын Павел.

Александровский дворец в Царском СелеАлександровский дворец в Царском Селе

В неспокойное царствование императора Павла только в тиши парков можно было найти уединение и спокойствие. Елизавета весной 1797 года писала матери из Гатчины: «Вы бывали здесь, дорогая матушка, но, полагаю, с тех пор, как эти места принадлежат императору, вы их не узнаете. Говорят, что здесь произошли огромные изменения… Один раз я совершила прогулку пешком, а вчера вечером и сегодня – в карете. Здесь такие очаровательные уголки, много озер, как Вы знаете. По мне, вода прежде всего украшает местность…» Но близость воды не всегда доставляла радость: дача в Павловске, где летом 1799 жили Елизавета и маленькая дочь Мария (супруг постоянно отсутствовал, занимаясь по воле отца военными учениями), находилась на берегу пруда, была очень влажной, девочка начала простужаться, и через полгода умерла.

Гатчинский дворец со стороны паркаГатчинский дворец со стороны парка

Елизавета Алексеевна, чувствуя себя лишней, под предлогом нездоровья старалась реже бывать при дворе. Особенно в конце зимы 1801 года, после переезда в Михайловский замок.

Михайловский замокМихайловский замок

В дни после убийства Павла Елизавета не потеряла присутствие духа и всячески оказывала нравственную поддержку Александру, который в ней постоянно нуждался.

Императрица Елизавета АлексеевнаИмператрица Елизавета Алексеевна

В Петербурге XIX век начался с того, что, может быть, впервые в послепетровскую эпоху император вышел на городскую прогулку: весной 1801 года Александр I ежедневно прогуливался по столичным улицам среди публики. Каждый день «императрицу можно было видеть быстрыми шагами проходящею по набережным и по улицам столицы, она появлялась на гуляньях в обыкновенной коляске четверней, или даже пешком, в сопровождении лишь одной дамы и одного лакея…», иногда она гуляла среди публики по Летнему саду.

Набережная Невы у Летнего садаНабережная Невы у Летнего сада

Это было зримым воплощением свободы нового царствования (при Павле горожане старались не ходить по улицам, боясь вызвать гнев императора формой костюма или недостаточно низким поклоном). 1 мая по старинной петербургской традиции супруги ездили на Екатерингофское гулянье – император с братом Константином и адъютантом верхом, а императрица в карете с фрейлинами.

Однажды прекрасным майским днем Александр Павлович, встретив супругу на набережной Невы, прошел с нею под взглядами многочисленного общества до Летнего сада. Г. Р. Державин откликнулся на это событие стихотворением «Аполлон и Дафна на невском берегу»:

«По гранитному я брегу невскому гулять ходил,
Сладкую весеннюю негу, благовонный воздух пил;
Видел, как народ теснится вкруг одной младой четы,
Луч с нее, блистая, лился, как от солнца красоты.
Кто я думал в изумленье, чудно двоица сия?
Не богов ли вновь схожденье вижу в ней на землю я?
Вижу точно Аполлона! вижу Дафну пред собой!
Знать, сошедши с Геликона тешатся они Невой…»

7 мая императрица утром выезжала кататься, а к вечеру, в половине 7, вместе с великой княгиней Анной Федоровной и фрейлиной Шаховской ездила в карете «за Триумфальные ворота в правую руку Петергофской дороги к Екатерингофу, где имели верховой выезд до половины 9». В Екатерингоф ездили всей семьей и в Троицу, 12 мая. 22 мая Елизавета Алексеевна с фрейлиной, доехав в карете до Воскресенского (Смольного) монастыря, переехала на Охту и «совершила верховую прогулку по Выборгской стороне направо», возвратившись лишь к вечеру. На несколько дней супруги съездили в Павловск навестить удалившуюся вдовствующую императрицу.

На коронацию пригласили родителей Елизаветы, сестер и брата. Семья провела во дворце на Каменном острове все лето 1801, ездили в Петергоф и в Павловск, часто посещали парк дачи графов Строгановых в Новой деревне.

Елизавета и Александр в паркеЕлизавета и Александр в парке

 Вид на дачу Строгановых от Каменноостровского дворца
Вид на дачу Строгановых от Каменноостровского дворца

Во время отсутствия супруга, в неспокойные 1800-е годы часто выезжавшего на смотры войск, Елизавета переселялась в екатерининский Эрмитаж, где проводила дни в одиночестве, в окружении произведений искусства.

Зимний дворец в 1800-е годыЗимний дворец в 1800-е годы

Кабинет Елизаветы Алексеевны в Зимнем дворцеКабинет Елизаветы Алексеевны в Зимнем дворце 

Живя подолгу в Царском Селе, императрица любила гулять по утрам в парке и заниматься в одиночестве. Александр переселился в старый Екатерининский дворец, и она заняла комнаты рядом с ним, неподалеку от церкви, до начала ХХ века они назывались «Половина императрицы Елизаветы Алексеевны».

Спальня Елизаветы Алексеевны в Екатерининском дворцеСпальня Елизаветы Алексеевны в Екатерининском дворце

Любимое ее место недалеко от пруда Екатерининского парка было отмечено статуей «Девушка с кувшином». Императрица любила заниматься в одиночестве и ежедневно ездила в Краснодолинный павильон, построенный в отдаленной части Павловского парка. Позже павильон, где она любила читать и занималась рисованием, называли «Елизаветинским». Вскоре, когда в глубине Александровского парка Царского Села выстроили Ламский павильон, она перенесла в башню павильона значительную часть своей библиотеки, прежде всего исторические книги и мемуары путешественников.
 «Елизаветинский» павильон в Павловске«Елизаветинский» павильон в Павловске 

Любимое место Елизаветы в Царскосельском парке
Любимое место Елизаветы в Царскосельском парке

«Елизаветинский» павильон в Павловске
«Елизаветинский» павильон в Павловске

Елизавета прекрасно знала четыре языка, но предпочитала говорить на французском или русском языках, она верно чувствовала, правильно осознавала события и обладала даром передавать пером эти чувства.

Императрица Елизавета АлексеевнаИмператрица Елизавета Алексеевна

Императрица приветствовала стремление супруга насадить в России классическое образование: организацию первых гимназий, Царскосельского лицея, для которого предоставила Фрейлинский корпус Царскосельского дворца. Она понимала, что и мужскому учебному заведению нужен женский взгляд. Отношение к ней мальчиков-лицеистов было восторженное. А. С. Пушкин писал:

Приятным сладким голосом бывало
С младенцами беседует она
Ее чела я помню покрывало
И очи светлые, как небеса
Но я вникал в ее беседы мало,
Меня смущала строгая краса
Ее чела, спокойных уст и взоров
И полные святыни словеса.

Елизавета вела замкнутый образ жизни, но ее верными подругами были графиня С. В. Строганова и гофмейстрина княгиня В. А. Репнина-Волконская, под влиянием которых в тяжелые для нее 1800-1810-е годы императрица искренне приняла православие. Она часто посещала Александро-Невский монастырь, в Благовещенской церкви которого похоронили двух ее дочерей, Марию и Елизавету, умерших во младенчестве. Навещала она и могилу своего фаворита А. Я. Охотникова на Лазаревском кладбище, устроенную неподалеку от церкви.

Вид на Благовещенскую церковь Александро-Невской лавры от Лазаревского кладбищаВид на Благовещенскую церковь Александро-Невской лавры от Лазаревского кладбища

Дальние прогулки по окраинам Петербурга не прошли бесследно: Елизавета Алексеевна увидела, в какой бедности жили ее подданные, и приняла участие в созданном Александром Императорском Человеколюбивом обществе, которое оказывало медицинскую помощь нуждающимся горожанам. В период войн с Наполеоном, несмотря на настояния своего супруга, она отказалась брать миллион рублей в год, который получали все императрицы, и довольствовалась 200 тысячами; из этих денег она оставляла себе 15000 рублей, все остальное употребляла на пособия бедным. В 1812 году, собрав сочувствующих дам, она основала благотворительное Императорское Женское патриотическое общество, целью которого стала забота о девочках-сиротах. В правление общества избрали 12 «дам высшего круга», желавших своим трудом и средствами поддержать семьи, утратившие кормильца. Каждая из «патриотических» дам с помощницей приняла на свое попечение одну часть города, основав там женскую рукодельную школу.

В начале 1813 года Елизавета Алексеевна пожелала сопровождать императора Александра I в армию, но «ограничилась следованием за ним». Позже она приняла участие в Венском конгрессе и провела зиму 1818-1819 гг. в родном Бадене. После войны Елизавета Алексеевна основала в Москве и Петербурге Училища военных сирот (позже Патриотические институты) для дочерей офицеров, Дом трудолюбия для девочек и женские рукодельные школы. В 1824 году в Петербурге А. А. Михайлов 2-й выстроил на 10 линии Васильевского острова здание Патриотического института. Елизавета содействовала рождению в 1819 г. Дамского благотворительного тюремного комитета, защищавшего интересы каторжан, женщин-заключенных и их детей.

Возвратившись 26 января 1819 года в Петербург, Елизавета Алексеевна продолжала вести замкнутую жизнь, почти не появляясь на церемониях и путешествуя по загородным дворцам. Н. фон Шведер в «Историческом обозрении… Ораниенбаума» писал: «Каждый раз, как государь изволил уезжать в вояж, Елизавета Алексеевна переселялась в Ораниенбаум и, по словам жителей, вела здесь самую тихую уединенную жизнь. Часто видели ее на каком-нибудь холме с бумагою и карандашом в руке: то она изволила снимать очаровательные приморские виды. Указывают простую березовую скамью, где, бывало, сиживала императрица по целым часам в безмолвном размышлении и с поучительною книгою. В полдень императрица прогуливалась в экипаже и ласковым поклоном приветствовала встречавшихся горожан…»

 Прогулка в ОраниенбаумеПрогулка в Ораниенбауме

Н. М. Карамзин, приглашенный Елизаветой в Царское Село, заинтересовал ее чтением «Истории Государства Российского», часто она читала ему по-русски и они обменивались мыслями. Вскоре она познакомила его со своими дневниками. Карамзин писал: «Я узнал …императрицу Елизавету, женщину редкую. С прошедшей осени я имел счастье беседовать с ней еженедельно с глазу на глаз... Иногда мы читали вместе. Иногда даже спорили, и всегда я выходил из кабинета с приятным чувством. Государь сказал мне, что и она не скучала беседами с историографом...»

Когда-то любимый Каменный остров потерял в ее глазах прежнюю прелесть и навевал тяжелые воспоминания. Она начала уставать от долгих поездок. Слабая здоровьем, Елизавета Алексеевна отказалась от поездки в Италию для лечения, и осенью 1825 года переехала по рекомендации врачей в Таганрог, куда к ней приехал император. В конце жизни супруги духовно сблизились, и внезапная смерть императора Александра I в Таганроге на руках Елизаветы Алексеевны потрясла ее. Она не смогла оправиться от болезни и 4 мая 1826 года скончалась в дороге, в городе Белеве. Секретарь Н. М. Лонгинов описал ее последние часы: «…Я никогда не рассчитывал, что Ее Величество могла прожить долее, как совершить в Калугу свой путь. Ошибся я одним днем...»

Смерть императора Александра в ТаганрогеСмерть императора Александра в Таганроге

Елизавета Алексеевна не оставила никакого завещания: она всегда говорила, что не привезла с собой в Россию ничего и потому ничем распоряжаться не может. Император Николай I сохранил ее содержание в 1 миллион рублей в год, но Елизавета Алексеевна составила из этих средств первоначальный фонд Комитета призрения гражданских чиновников. После ее кончины узнали о многих «раздававшихся ею негласно» пенсиях и пособиях. Бриллианты ее были куплены Кабинетом императорского двора, на эти 1 300 тыс. рублей построили здания и содержались Патриотический институт и Дом трудолюбия (Елизаветинский институт в Петербурге) как «заведения, ею основанные и пользовавшиеся особенной ее заботой». В Белеве в память ее учредили Вдовий дом для женщин всех сословий. Каменноостровский и Ораниенбаумский дворцы она завещала невестке, великой княгине Елене Павловне, в которой видела продолжательницу своих дел.

В отличие от Екатерины II и Марии Федоровны, которые занимались благотворительностью лично, императрица Елизавета Алексеевна смогла собрать вокруг себя многих прогрессивных женщин своей эпохи, основательниц знаменитых салонов, направить их энергию на помощь ближним, создав первые женские общественные организации нашей страны.

Императрица Елизавета АлексеевнаИмператрица Елизавета Алексеевна

Современники отмечали ее скромность, серьезную начитанность и, главное, доброту. Художник Ф. П. Толстой писал: «Кабинет императрицы был без всяких излишних украшений и роскоши, устроенный не для показа, а для настоящих занятий. ...она приняла меня с таким простосердечием и ласкою, что я не мог сдержать слез от умиления…» Личность Елизавета Алексеевна притягивала к себе людей, она стала кумиром многих выдающихся литераторов, в том числе поэта Ф. Н. Глинки, историка Н. М. Карамзина, которому завещала свои дневники. А. С. Пушкин, наблюдавший ее в юности в Царском Селе, посвятил ей стихи:

«… Я не рожден царей забавить
стыдливой музою моей,
но признаюсь – под Геликоном,
где Касталийский ток шумел,
я вдохновленный Аполлоном
Елизавету втайне пел.
Небесного земной свидетель,
воспламененною душой
я пел на троне добродетель
с ее приветною красой.
Любовь и тайная свобода
внушали сердцу гимн простой,
и неподкупный голос мой
был эхо Русского народа!»

О императрице Елизавете в Петербурге напоминают здания женских учебных заведений, изящные портреты в музеях, но все, что она сама сделала, к чему прикасалась – отсутствует. Даже ее рисунки, которые после смерти собирали по императорским дворцам, были уничтожены вместе с ее дневниками и письмами свекровью и императором Николаем I.

Оцените материал
(0 голосов)
Последнее изменение Четверг, 28 мая 2020 15:05
Елена Игоревна Жерихина

  • Автор книг о Санкт-Петербурге
  • Педагог, историк и краевед, экскурсовод

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.